Взрослая дочь пожилой мамы. Сепарация. Случай из практики

0
50

Юлия Козырькова, психолог

Сразу хочу предупредить, что данная статья не нарушает условия конфиденциальности. Случай собирательный.

Есть у меня клиентка бальзаковского возраста, которая ходит ко мне не первый год. Назовем ее Маша. Муж, двое детей, сама работает дома, как она это называет  — «для себя». Обеспечивает в основном муж. У Маши любимая работа в удобное для нее время, которая позволяет ей зарабатывать на карманные расходы и подарки для всех. Также на ней дом и дети.

Конфликты в семье бывают редко и больше с одним из сыновей, с самым любимым. Ему уже 9, а они по-прежнему находятся в тесных симбиотических отношениях, но последнее время лед тронулся. С мужем любовь. Он заменяет ей всех — маму, папу, иногда сына. Выглядит она моложе своего возраста и чувствует себя часто, по ее словам, лет на пятнадцать моложе. Самая частая тема для нашей работы — отношения с мамой.

Через всю жизнь «растянулась пуповина» (как говорит сама Маша). Она рассказывает, что на расстоянии ощущает, что маме плохо. Иногда ночью не может спать, ощущая сильную тревогу и при этом ожидая звонка: «вдруг с мамой что-то не так». Вспоминает также, что в подростковом и в юношеском возрасте всех своих «претендентов» и «женихов» выбирала «мамиными глазами»: если мама смотрит с интересом, если после встречи она скажет, что молодой человек симпатичный, ей понравился, то крылья любви отрастали на несколько метров!

А если мама «не заинтересуется» парнем, то, побунтовав для вида, она, уже на следующий день, отстегнув свои недоразвитые крылья любви,  замечала, как «бывший любимый» становился не интересным и занудным…

Последние годы в их отношениях стало что-то меняться. Маша простила детские обиды. Научилась принимать решения, не оглядываясь (почти) на мнение мамы.  Но тут мама стала ревновать к мужу, к которому Маша все больше стала прислушиваться.

Мама уже так не давила и не душила своим авторитетом, «успокоилась». И Маше стало легче в чем-то отказать маме — раньше об этом и подумать было нельзя. Но она по прежнему никуда не могла деться от ежедневных звонков — хотя иногда им совсем не о чем было говорить —  и еженедельных визитов.

В очередной раз Маша пришла на встречу ко мне и начала:

«…Опять ездила к ней. Слушали радио, делились новостями. Я заметила (конечно, про себя), как хорошо, что в этот раз она не просит меня двигать мебель, чинить шкаф, кран и т.д. С тех пор, как умер папа, я начала чувствовать, что функции «мужа на час» перешли ко мне. Нет, мне нравится помогать. Но когда сам визит рассматривается только, как оказание помощи, а я из человека превращаюсь в функцию — это не может не огорчать. Неужели просто так я уже не нужна ей?! Неужели она просто не может меня любить, за то что я есть?…

…Но в этот раз обошлось! И вот мы просто сидели и болтали. Как мне казалось, непринужденно:

 — Почему- то у всех пожилых тёток в доме болят ноги,  — начала мама. —  Ты заметила? Помнишь, какая была Маша? Красавица! Видела, как она сейчас ходит? С палками. А у Нади тоже ноги болят. И помнишь Наташу? Ту, которая сестра соседа Пети, который живёт через двор от нас? У нее тоже ноги! Еле ходит она. Странно, — задумалась она.

Продолжение на следующей странице: